Малая Азия Википедия (34 Фото)

Малая Азия Википедия

Сегодня погода теплая, безветренная, а буквально еще вчера в ущельях висела непроглядная мгла. Низко клубились свинцовые облака, закрывая макушки елей, не переставая, лил дождь, а наверху валил снег. Но для Алтая это нормально. Здесь всегда, даже в самый разгар лета, хорошая погода, стабильно чередуется с непогодой.

Перевал Нижнешавлинский – самый простой в районе, и его, практически, ходят все. У нас он первый – мы через него забрасываем продукты для основной части маршрута.

нижнешавлинский

Мы, это группа из Витебска. Три студента медика – Серега Поляченков, Ира Тимофеева и Игорь Михеев. Остальные – Галка Бурова, Мишка Пипкин, Витя Орлов, Олежка Разбоев и я – это те, кто свои студенческие годы, уже успел порядком подзабыть.

Закончилось узкое ущелье. Впереди, в крутом скалистом гребне, нарисовалась седловина перевала. Зона леса и зона альпийских лугов остались внизу, под ногами – ровный, как футбольное поле, ледник, у края которого, как нечто инородное, высится над поверхностью здоровый черный валун.

– Мужики, может, перекурим? – подал голос Орлов. – Смотрите, удобный камушек, облокотиться можно, рюкзак поставить и даже с плеч снимать не надо.

Витю услышали все, даже некурящие. Остановились, Бурова достала из рюкзака и разделила на восемь частей шоколадку. Пипкин съел свою долю и косо глянул на нее.

– Галка, тебе же фольга не нужна? Отдай мне.

– Зачем тебе, Миша, фольга? У меня туалетная бумага есть.

– Ладно, давай, сейчас увидишь, зачем.

Мишка сложил фольгу вдвое, запрокинул голову и высыпал в рот оставшиеся там шоколадные крошки. Но неожиданно, так и застыл с задранной головой.

– Что это с ним?

– Наверно, от радости такой в зобу дыханье сперло.

– Смотрите, смотрите! – совершенно неожиданно заорал Пипкин.– А вон там, случайно, не люди?

Общее внимание, с самого Пипкина, переключилось на его указательный палец, а затем на борт ущелья, куда этот палец показывал. Там на снежном склоне, где-то под самым гребнем чернело пятно, практически точка.

– Может и люди, а может скальный выход – высоко, не видно отсюда.

– А, по-моему, там что-то шевелится.

– Ладно, ребята, кончай базар, пойдем потихоньку.

Перевал был рядом, через полчаса мы уже были в начале подъема. Но все это время внутри копошилось какое-то неприятное чувство и что-то тупо тянуло повернуть назад.

Когда остановились у подножия, я не выдержал.

– Ребята, давайте вернемся, вдруг действительно люди?

Несколько человек меня поддержали – похоже, не один я этим мучился.

– Ну хорошо, люди, что ты предлагаешь? – Спросил Пипкин.

– Как что? Может, помощь нужна.

Мишка глянул на склон и оценивающе прикинул. – Лезть туда где-то часа четыре. Представляешь? Залезли, а там сидят альпиняги и пьют чай.

– А что им там делать? В гребне ни вершины, ни перевала. А вот если туда каким-то образом забрели «чайники», то у них явно проблемы.

– По крайней мере, с головой, – резонно дополнил мою мысль Олег.

– Мужики, чего спорите? – Вмешалась Ирина. – До ночевок, от силы, три часа хода. Вернемся, посмотрим – нет ничего, ну потеряем час. А если люди?.. Тогда уже другой разговор.

Не успели мы сбросить у камня рюкзаки, как увидели, что это действительно люди. Словно нашло какое-то прозрение. Кто-то насчитал три, кто-то четыре человека, кто-то заметил, что они подают сигналы, чем-то машут. Вопросов не было – там люди, и им нужна помощь.

Но возникли другие вопросы – сколько их, и в каком они состоянии? Если трое или даже четверо, и все целы, то спустить их больших проблем не составит. Но, если хоть один не в состоянии двигаться, то нам и ввосьмером не справиться – нужны дополнительные силы, дополнительное снаряжение.

Времени для размышлений, как и большого выбора вариантов не было, поэтому все решилось быстро. Девчонки остались на леднике разбивать лагерь. Виктор с Олегом отправились вниз за спасателями – у входа в ущелье мы видели их палатку. Мы с Сергеем и Игорь с Мишкой двумя связками, прихватив с собой все имевшееся снаряжение, аптечку и фляги с водой, двинули наверх.

Поначалу шел не слишком крутой фирновый склон, но с набором высоты становилось круче, появился открытый лед. Мы спешили, но, несмотря на все старания, подъем к ледовой полке под гребнем занял без малого четыре часа. Что было на ней, мы не видели до последнего – саму полку закрывал карниз. Первым к ней вышел Михеев. Он вылез на край карниза, затем обернулся и растерянно уставился на нас.

– Ну что там, Игорь? – крикнул я снизу, – Сколько их?

Помолчав, Михеев прокричал.

– Это дети!.. Их четырнадцать человек!.. И, похоже, никакого снаряжения у них нет!

Такую информацию трудно было переварить сразу. У меня никак не укладывалось в голове, каким образом там могли оказаться дети, да еще без всякого снаряжения. На крылышках залетели, что ли, как ангелочки? Еще в меньшей степени, я представлял, как мы вчетвером, сможем спустить эту ораву с четырехсотметровой высоты.

Впоследствии выяснялось, что это группа школьников из Бийска. Одиннадцать детей, от десяти до пятнадцати лет, и трое взрослых. Вел их преподаватель физкультуры, в горах до этого никогда не бывавший. В тумане они приняли за перевал боковой отрожек и по нему полезли вверх. Когда выбрались на лед, стали рубить топором ступени, и так двигались вдоль склона, постепенно набирая высоту. Уже затемно они вышли на злополучную полку, где и заночевали.

А проснувшись утром, с ужасом обнаружили, куда занесла их нелегкая, и поняли, что спуститься им оттуда не удастся никакими судьбами. На крутых ледовых склонах спуск без веревок, в принципе, невозможен. Они там сидели уже вторые сутки без воды, горячей пищи, без теплой одежды и ждали чуда, которое и явилось им, в конце концов, в образе четырех небритых, обвешанных веревками карабинами и крючьями, мужиков.

– Сенька, принимайте их там! – прервал мои размышления Пипкин – Мы с Игорем будем спускать по одному.

Действительно, светлого времени оставалось часа три от силы, и каких-то других вариантов у нас просто не было. Мы с Сергеем навешали перила, вырубили во льду площадки и начали принимать спускаемых сверху, пока все четырнадцать не оказались внизу, пристрахованные к перильной веревке. Потом ушли на длину веревки ниже, и вся процедура повторилась заново. Так мы прошли три веревки, в общей сложности около ста двадцати метров. Это был самый крутой и самый опасный участок открытого льда.

Ниже шел фирн. Я попробовал ногой наст. Он был довольно прочный, но со второго удара поддался. Можно было бить ступени и спускаться по ним, это было бы быстрее. Игорь, а с ним еще пятеро детей находились наверху, все веревки были заняты. Идти без страховки было опасно, тем более что обувь у детей явно не соответствовала обстановке – кеды, кроссовки, сапоги. Если бы кто-то сорвался, внизу его пришлось бы собирать, как мозаику. Но время поджимало – уже начинало смеркаться.

– Серега, мы пойдем потихоньку. Спускайте остальных и догоняйте.

И мы двинули вниз. Впереди мы с Пикиным били ступени, а за нами, осторожно, след в след, еще девять человек. Конечно, с моей стороны это было авантюрой, и последствия ее не замедлили сказаться.

Я обернулся на крик. Прямо на меня, пытаясь растопыренными пальцами зацепиться за шершавый и жесткий, как наждачка наст, скользила девочка.

Соображать было некогда.

– Всем стоять! – Заорал я, и грохнулся на склон, вогнав своим весом в фирн клюв ледоруба, буквально за полсекунды до того, как девчонка сползла на меня. Подбежал Мишка, вырубил для нее площадку. Я передал вверх ледоруб.

– Все, приехали! Ждем остальных. Рубите по очереди ступени.

Стемнело. Начало подмораживать.

– Сенька, слышь, похоже, у меня ноги прихватывает, – пожаловался Пипкин.

– Этого еще не хватало. Вали вниз и гони сюда спасателей, если они пришли.

Пипкин ушел, а мы остались ждать. Я время от времени сигналил фонариком. В темноте ребята запросто могли проскочить мимо. Но опасался я зря, по нашим следам они четко вышли на нас. Из трех имевшихся у нас веревок, мы навешали вертикальные перила и по ним спустили наших подопечных еще на сто двадцать метров.

И тут подошли спасатели. Их было трое. Оказывается, пришли они давно. Выпили чая, поставили палатку, глянули мельком в нашу сторону – хорошо, мол, ребята работают и завалились спать. Виктор с Олегом идти наверх были не в состоянии – им и так пришлось за день трижды пройти из конца в конец все ущелье. А бравые парни из контрольно-спасательной службы сладко спали себе, пока не спустился Мишка и не пробудил в их сонных душах чувство стыда. К счастью, они принесли наверх еще одну веревку. Четырех веревок оказалось достаточно, чтобы провесить перила до самого ледника.

Мы с Сергеем ушли со склона последними – снимали веревки. Был уже третий час ночи, когда мы спустились в лагерь.

– Обмороженных нет?

– Поразительно, но все целы, — успокоила меня Ира.

Все дальнейшее, происходило в каком-то нереальном времени. Я где-то отсутствовал, когда девчонки освобождали меня от страховочной системы, расстегивали смерзшиеся ремни кошек, стаскивали вибрамы. Потом нам с Серегой вставили в промерзшие, плохо гнущиеся пальцы кружки со спиртом и заставили чокнуться во здравие спасенных.

Одну нашу палатку мы уступили детям, свою они потеряли где-то на спуске. Так что нам ввосьмером, пришлось устраиваться на ночлег в одной палатке. Но, несмотря на это, сон был здоровый и крепкий.

Проснулся я в одиннадцатом часу. Вовсю светило солнце. Лагерь на леднике был наполнен шумом, гамом, и напоминал цыганский табор. Дети по-своему восприняли происшедшее – для них это было настоящее большое приключение. Один веснушчатый пацан, тыча пальцем в сторону склона, восторженно заявил мне

– Представляешь? А, мы туда, без всякого снаряжения залезли!

– Ага, а потом, четыре здоровых дядьки чуть вас оттуда сняли, – не преминула заметить, стоявшая рядом Бурова.

Ко мне подошел их руководитель, хотел поблагодарить. Но я, все еще находясь под воздействием вчерашних впечатлений, довольно эмоционально высказал ему свою точку зрения, и, по-моему, при этом, не слишком следил за своей речью. Потом я пожалел об этом – парень, и без того, был убит и раздавлен случившимся. Да и не специально же он завел их – где-то переоценил возможности, недооценил обстановку, от этого никто не застрахован.

Мы быстро собрались и начали прощаться. Пожилой мужчина, наверно тоже учитель, подошел ко мне.

– Когда вы ушли, я подумал: если они вернутся, Бог есть. И видите – вы вернулись…

Тогда я не придал особого значения этим словам, осознание сказанного пришло значительно позже. Действительно, если вдуматься – не слишком ли много случайностей? Ведь нужно было именно нашей группе пройти в это время по этому ущелью. Те, кто обычно там ходит, вряд ли смогли бы это сделать – как правило, у них нет для этого ни опыта, ни снаряжения. Почему, именно в этом месте, Вите захотелось курить, а Мишке доесть остатки шоколада? И непонятно, что нас заставило вернуться назад, и как вчетвером нам удалось спустить четырнадцать человек с крутого ледового склона, во что, честно говоря, и сегодня с трудом верится.

Вот уж воистину, неисповедимы пути Господни. А Тот, Кто ведет нас этими путями, никогда не бросает детей своих в беде. Что ж, спасибо Ему за то, что не дал пройти мимо, помог сделать то, что сделали. И слава Ему, во веки веков, ибо велика милость Его к нам.

 

Поделиться в соц. сетях

Как сделать кеды космос своими руками фото
Как сделать кеды космос своими руками 38
Как сделать кеды космос своими руками 34
Как сделать кеды космос своими руками 11
Как сделать кеды космос своими руками 7
Как сделать кеды космос своими руками 3
Как сделать кеды космос своими руками 16
Как сделать кеды космос своими руками 61
Как сделать кеды космос своими руками 94
Как сделать кеды космос своими руками 90
Как сделать кеды космос своими руками 23
Как сделать кеды космос своими руками 34
Как сделать кеды космос своими руками 69
Как сделать кеды космос своими руками 40
Как сделать кеды космос своими руками 31
Как сделать кеды космос своими руками 89
Как сделать кеды космос своими руками 23
Как сделать кеды космос своими руками 91
Как сделать кеды космос своими руками 19
Как сделать кеды космос своими руками 58
Как сделать кеды космос своими руками 14